aif.ru counter

Война научила совести. Ветеран боевых действий – о жизненных ценностях

15 февраля - день вывода советских войск из Афганистана.

На службе приходилось постоянно быть начеку и не выпускать автомат из рук.
На службе приходилось постоянно быть начеку и не выпускать автомат из рук. © / Сергей Верхоланцев / Из личного архива

Почти 10 лет длилась афганская война для нашей страны. Там проходили срочную службу 18-20-летние мальчишки - вчерашние школьники, учащиеся профтех­училищ, студенты вузов. Они честно отдавали долг Родине, проявляя чудеса героизма в боях с моджахедами.

Наш земляк Сергей Верхоланцев был одним из тех, кто попал в Афганистан необстрелянным новобранцем. Корреспонденту «АиФ в Омске» он рассказал о профессии снайпера, награждении орденом и жизни на «гражданке».

Из строительства в десант

Светлана Казанцева, «Аиф в Омске»: Сергей Викторович, когда-нибудь думали, что придётся воевать?

Сергей Верхоланцев: Я родился и вырос в Омске, детство прошло как у всех детей 70-х, после восьмого класса поступил в училище и отучился на крановщика. Раньше ребят перед армейской службой в ДОСААФ готовили на водителей, радистов, а нас - группу 60 человек - стали обучать десантному делу. Это был 1985 год. Тогда я ещё не знал, что попаду в Афгани­стан, хотя военные действия там велись и были на слуху. В 1986 году нас, прошедших десантную подготовку, призвали на службу, всю команду отправили в Фергану, в учебный полк, разбросали по подразделениям: кого в разведку, кого куда-то ещё, я попал в роту снайперов. После полугода в учёбке в мае 1987-го нас перебросили в Афганистан.

- Горы произвели впечатление?

- У многих было шоковое состояние. В иллюминаторах самолёта были видны горы и ничего больше. Не понимали, куда мы летим. Когда вышли из самолёта - всё серое, кругом техника, люди, а мы новенькие, нам всё чуждо. Я спустился по трапу, посмотрел влево, а там высокие горные пики. Если вы знаете, Кабул находится в котле из высоченных гор. Я в сторону столицы посмотрел, а потом в эти горы и попал.

- Вам приходилось участвовать в боях?

- Да, я попал в боевую роту. Мы несли службу на горных заставах недалеко от Кабула, поэтому военные стычки были постоянно. Часто сопровождали наши военные колонны в горах. В пути самые уязвимые места - это ущелья. Бойцов и технику обязательно нужно прикрывать, чтобы враг не мог напасть с горных склонов, с воздуха. И мы, снайперы, рассредоточивались на таких участках и были готовы отразить нападение. Обычно мы выходили заранее, обследовали местность. Но если выдвигались вместе с колонной, приходилось действовать так: перед сложным отрезком маршрута основной отряд делал привал, а мы шли вперёд, проверяли путь, занимали точки, чтобы перекрыть ущелье. Колонна проходила, мы спускались к ней и дальше шли вместе.

Так выглядит Сергей Верхоланцев сейчас.
Так выглядит Сергей Верхоланцев сейчас. Фото: Из личного архива/ Сергей Верхоланцев

- Свой позывной был?

- У нас был позывной «Барс». Нас знали практически все. Как-то мы приехали в дивизию, все парни молодые, горячие - что-то не поделили с разведкой, чуть не устроили потасовку. Ссора прекратилась сразу, как только бойцы услышали наш позывной: «Так вы «Барсы»? Уважаем!»

- Среди ваших сослуживцев были жертвы?

- Наша рота считалась счастливой. Всё время воевали, а потеряли двоих почти за два года. Раненых, в том числе тяжело, было много. Мне в этом плане повезло. Домашние не верили, что у меня нет ранений и контузий. Я же был награждён орденом Красной Звезды. Когда демобилизовался, дома отец завёл меня в комнату и говорит: «Раздевайся, буду смотреть. Где-то должны быть дырки - ордена просто так не дают». Я засмеялся: «Считай, что у меня контузия». (В ходе войны в Афганистане орденом Красной Звезды награждались все военнослужащие Советской армии, получившие в бою ранения средней тяжести, тяжёлые ранения либо тяжёлые контузии. - Ред.).

- Тогда за что вы были награждены орденом?

- Орденом Красной Звезды награждали за мужество и героизм, например, такой, как проявили бойцы девятой роты - был жестокий бой, и они полегли практически все. А нас, меня и сослуживцев, наградили за совокупность выполненных боевых задач: за выслеживание и уничтожение вражеской группы, за несколько удачных боевых выходов, в ходе которых пришлось сдерживать моджахедов, пока наша военная колонна шла через ущелье. Если бы не выстояли, в живых из колонны мало бы кто остался. Вот так вышло, что получил орден.

- В 80-е годы служба в Афганистане звучала как приговор. Не обидно было, что кто-то служит в тихом месте, а вы попали в горячую точку?

- Честно говоря, я до последнего не понимал, что оказался на войне. Мне отец с детства внушал, что надо отслужить, что Воздушно-десантные войска - это здорово. Когда проходил допризывную медкомиссию, один из офицеров сказал, что я со своим ростом и внешностью больше подхожу для кремлёвского полка, а не для десанта. Меня это возмутило. Мечтал о ВДВ, а тут непонятно что предлагают… Когда в учебке нас стали готовить для военных действий в Афганистане, офицеры постоянно твердили: «Ребята, вы едете не на прогулку. Там война, там убивают». Но я даже тогда не осознавал этого; казалось, мы защищены, потому что граждане великой страны - Советского Союза, и с нами не может случиться ничего плохого. Понимание пришло, когда оказался на аэродроме в Афганистане. Наш комдив генерал Грачёв лично встретил каждого бойца, раздал фото­графии погибших товарищей - показал, как выглядит смерть. После этого дошло, что такое война. Павел Грачёв был прекрасным, очень мудрым командиром. Он ценил жизнь солдат, берёг каждого. Жаль, что его уже нет в живых.

И всё равно я бы не променял службу в Афганистане на тихое место. Все, кто был в горячей точке, вспоминают службу и хотят вернуться, но не в военные действия, а к ощущению чувства локтя. Мы были уверены друг в друге, доверяли полностью. Все были надёжными, каждый знал, что в случае опасности спина будет прикрыта. На «гражданке» такого нет…

Знаете, русский человек умеет воевать. Это едва ли не единственное, что он умеет делать хорошо. Почему наша армия всегда одерживала победы? Причина - наша сплочённость.


«ГЛАВНОЕ – НИКОГДА НЕ ПАСОВАТЬ ПЕРЕД ТРУДНОСТЯМИ».


- Вы были в Афганистане год и девять месяцев, помимо того что провели полгода в учебной части. Получается, служили дольше, чем нужно?

- Да, служил на три месяца дольше. Как раз заговорили о выводе войск из Афганистана. Нас должны были отправить домой осенью 1988 года, вывод войск назначен был на февраль 1989-го, на замену уже никого не присылали, поэтому пришлось служить дальше. Я демобилизовался в январе 1989 года в звании старшего сержанта.

- Война в Афганистане - суровая школа выживания. Чему она вас научила?

- Нельзя быть подлецом. Те, кто воевал, знают цену человеческой жизни и дружбе, у них обострено чувство справедливости. Когда я пришёл из армии, мать сказала: «Такое чувство, что ты служил не два года, а все 20». Она просто увидела, как я смотрю на людей.

Жизнь на «гражданке»

- Как вы устроились после службы в армии?

- Сетовать не на что. Единственное, о чём сожалею, - не пошёл в своё время учиться. Но тогда случилась перестройка - родители особо не зарабатывали. Мать настаивала на получении высшего образования, а кто меня кормить будет? Пришлось идти работать. Женился, дети появились. В 90-е приходилось выживать - не до учёбы было. Так работягой и остался. Хотя всё сложилось хорошо - семья замечательная, дружная: жена, сын, дочь, недавно внучка родилась - говорят, моя копия.

- Встречаетесь с сослуживцами?

- Иногда встречаемся. Хотелось бы чаще, но у каждого свои дела и проблемы. Один из друзей - омич, мы с ним и в учебном центре до армии были вместе, и служить отправились вместе, и по­пали на одну заставу в Афганистане. Мы часто видимся. В нём столько жизнелюбия, что на двоих хватит. Недавно встретили мы ещё одного боевого товарища, постояли, повспоминали былое. Я посмотрел на друзей со стороны, думаю: «Да, постарели, потолстели, а глаза по-прежнему блестят, как в молодости». Ещё один сослуживец живёт в Башкирии, он был лучшим радистом дивизии. Иногда видимся с ним.

- Отношение к воинам-интернационалистам не всегда было хорошим. Сейчас что-то изменилось?

- Не сказал бы. Часто мы сами стесняемся сказать, что являемся ветеранами военных действий, - люди начинают смотреть как на врага народа, как будто ты кусок хлеба у кого-то отбираешь. Так же, как все, стоим в очередях. Льготы есть, хотя во времена Советского Союза их было больше. Да, за коммунальные услуги плачу меньше, есть льготный проезд, но им не пользуюсь. Удостоверение ветерана по большому счёту сейчас ничего не значит.

Колонна техники.
Колонна техники. Фото: Из личного архива/ Сергей Верхоланцев

- Современная молодёжь способна ли на подвиги, которые совершали парни в Афганистане?

- Русские воевать умеют. И современные мальчишки в экстремальных условиях будут не хуже нас, а то и лучше.

Сергей Верхоланцев.
Родился 20 сентября 1968 года в Омске. Окончил школу № 49, в училище № 11 получил профессию крановщика. Служил в Афганистане в 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии под командованием генерала Грачёва. Снайпер. Демобилизовался в звании старшего сержанта. Награждён орденом Красной Звезды.



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета Газета
Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Что нужно сделать, чтобы получить субсидию на открытие собственного дела?
  2. Правда ли, что паспорт можно менять не сразу, а в течение года?
  3. Почему мы платим за вызов газовщика и ремонт?
Как вы относитесь к тому, что Ваш муж(жена) храпит во сне?